О возможном кризисе некоммерческих организаций. Мнение руководителя Даниловцев
На портале АИФ опубликовали статью руководителя Добровольческого движения «Даниловцы» Юрия Белановского.
5-10 лет — это тот срок, когда накопленный опыт и количественный рост уже могут стать основой для качественного изменения, но это и то время, когда может произойти перезапуск системы.
Нечто подобное я уже видел. И православная детская и молодежная работа, и сектор НКО зародились на наших глазах. Православные начали свой путь лет на 10-12 раньше, и поэтому их опыт, по моему мнению, очень значим для благотворительных организаций. Двадцать лет назад в середине 90-х вместе с десятками, если не сотнями энтузиастов я запускал православные просветительские программы по работе с детьми и молодежью в Москве. По сути, все начиналось как в НКО — с небольших групп единомышленников, как бы сейчас сказали, волонтеров.
Подавляющее большинство церковных работников были новообращенными (неофитами), они работали в церкви по доброй воле и безвозмездно. Служение было зримым, ощутимым и желанным воплощением веры. Все почти что светились от пасхальной радости и свободы. Я помню, сколько было энергии, творчества, искренности.
Именно тогда, в самом конце прошлого века открылись 90% московских воскресных школ, появилось большинство молодежных объединений и известных сегодня проектов. А сколько было выпущено литературы, написано статей и заметок, проведено семинаров, круглых столов и конференций… Казалось, вот-вот запустится некоторый таинственный процесс передачи опыта, систематизации, объединения, тиражирования проектов и удачных находок, сформируется ресурсный и учебный центр. Многие в 90-е жили надеждой, что труд их станет профессиональным, служение станет профессией и будет приносить пользу Церкви.
И что же? Ничего этого не произошло. Рост и развитие по инерции продолжались, но со временем все слабее и слабее. Причины многообразны, о чем-то я уже писал.
В этой заметке я отмечу, что система, как некая социальная технология, так и не сформировалась, не встала на ноги. Не запустилась система организации труда, помощи и поддержки сотрудникам и волонтерам, делегирования ответственности. Не запустились социальные лифты, не появилось стабильного привлечения средств в детские, молодежные и просветительские проекты. На сегодня в лучшем случае приходится говорить о нерастерянном достигнутом. Видно, что делом заняты вновь пришедшие, хоть и искренние, но все те же новички-неофиты, а значит непрофессионалы, для которых неведомы авторитеты и опыт 90-х и нулевых.
Из опыта тех лет и пятилетнего опыта организации волонтерского служения я сделал для себя некоторые выводы и, будучи знаком с сообществом благотворительных организаций, понимаю, что история может повториться. А мне очень этого не хотелось бы.
О выгорании
Знакомое сегодня многим и не только на словах понятие «выгорание» было неведомо православным активистам 90-х. Казалось, энергия нескончаемая. Люди работали, работали, работали… а потом вдруг происходило так, что внутренних сил для добрых дел просто не оказывалось, оставалась только ответственность и понуждение себя. Мы тогда не знали, что вновь зажечься на то же дело почти невозможно, что это естественная реакция на усталость, на излишнюю эмоциональную включенность, на пренебрежение к себе. Да и вообще на фоне заповедей Христовых и на фоне тех, кто ожидал помощи, нам казалось кощунством признаться себе, что пора притормозить, а может и остановиться на время.
Но мы не знали тогда, что понуждение ради ответственности быстро иссякает и оно разрушительно. Его плод — нечувствие, окаменение, внутренняя пустота и желание просто тихо слиться. Пять, семь лет занятия одним делом, пусть делом очень благим — это как раз тот срок, когда происходит первое глубокое выгорание. Собственно, начало 2000-х — это рубеж, когда тихо начали сливаться и пропадать православные кадры.
Путь НКО во многом повторяет то, что я видел, что пережил. С одной стороны, у сотрудников НКО были (а во многом и остаются) и начальная радость, и близкий круг единомышленников, почти что братьев и сестер, и свобода, и ощущение нужности. Но с другой стороны, растворение себя в доброделании, узкий, почти не меняющийся круг соратников, отсутствие четких границ в отношениях и во времени, отсутствие личной жизни, да и те отношения, что еще Христос назвал «нет пророка в своем отечестве» – это то поле, на котором растет выгорание.
Наиболее трудной тема выгорания является для создателей или активистов благотворительных организаций. Как правило, их опыт и включенность в работу не позволяют им отойти в сторону, кардинально сменить род деятельности, оставить свое детище. Я знаю и сотрудников, и руководителей фондов, сообществ, движений, что горят не так, как раньше, что уже понуждают себя ради подопечных. Конечно, когда мы говорим о реальной лицом к лицу помощи ближним, когда чужая беда или скорбь это то, что осязаемо, до чего можно дотянуться руками и помочь, то внутренний ресурс и сила понуждения очень велики. Но все же, и об этом надо помнить, конечны и разрушительны.
В личном плане лекарством от выгорания является отдых, смена деятельности, поддержка родных, коллег и друзей. В плане же системном — это профессионализация благотворительных организаций и их руководителей, и у меня есть все основания думать, что к этому идет.
О лидерах и профессионализации
За годы работы лидеры некоторых благотворительных фондов и сообществ стали не только серьезными уникальными экспертами в своей области, но и специалистами по фандрайзингу (привлечение средств). Кто-то завел активные деловые связи с бизнесом, профессиональными сообществами (врачами и т.д.), чиновниками и властью. И все это ради одного – стабильной работы своей благотворительной организации ради помощи ближним. Но при этом многие лидеры, продвигая свой проект, как бы оторвались от земли, так и не создав социальную технологию передачи опыта и делегирования ответственности, так и не достигли профессионализации.
Все это мне тоже знакомо. Двадцать лет назад новоиспеченные священники, назначенные на разрушенные храмы, объединяли людей вокруг себя и вокруг восстановления храма. Достаточно быстро пастыри нарабатывали свои связи и наряду с основной специализацией (богослужение, духовное руководство) становились или профессионалами по поиску денег, или отличными прорабами. Такой путь совершенно нормален и даже необходим, обидно только, что лишь исключительные единицы из них смогли создать систему стабильной развивающейся детской и молодежной работы. Большинством все это было оставлено на доверенное лицо – волонтера, который со временем вдруг уходил, и дело доставалось, как правило, случайному человеку, начинающему все заново, без учета опыта и компетенций предшественников. Таким образом, целые организации в своем профессиональном и качественном уровне опускались до дилетантизма. Я убежден, что такой печальный сценарий очень вероятен и для сферы благотворительности, и где-то он уже начинает работать.
Важно понимать, что обязательно наступает время, когда руководители организаций перестают сами лично помогать ближним и становятся ответственными за дело в целом, за коллектив, за системность, за развитие и за ресурсы. В таком контексте их профессионализация — это не просто накопление опыта и умение делать свою узкую задачу, это возможность передавать опыт, делегировать ответственность, развивать дело не только горизонтально, но и вертикально, развивать творчески, сотрудничать с другими, учить и учиться у них. А это, в конечном итоге тесно связано с определенными стандартами работы, с организацией труда сотрудников и волонтеров, с созданием новых рабочих мест, социальными лифтами, стабильными зарплатами, социальными гарантиями, с пониманием полномочий и ресурсов.
Куда все идет?
Благотворительные организации интуитивно смогли найти некоторые решения (к сожалению, до этой стадии так и не дошли православные организации по детской и молодежной работе). Во-первых, это объединение в сообщества, где все на равных, где нет принуждения и вертикали, где все основано на партнерстве. Примером для Москвы являются сообщества «Все вместе» и «Volonter.ru». Главное, что это дало – живое общение и поддержку, создало условия для обмена опытом и ресурсами. Такое мало возможно для организаций самих по себе из-за малого числа сотрудников, замкнутого пространства и безумной занятости.
Очень позитивно показали себя и совместные проекты. Это и смена деятельности, и распределение обязанностей в соответствии со специализацией и опытом, и зона роста, и выявление профессионалов и талантов, и творчество, и конечно же результат совместных трудов, недостижимый для каждого поодиночке.
Преодоление кризиса невозможно без создания общей социальной технологии для передачи знаний и опыта, для создания единых стандартов, для делегирования ответственности, для подготовки кадров, для создания новых рабочих мест и шаблонов по запуску новых проектов. Для этого НКО просто обязаны научиться привлекать средства не только ради подопечных, но и ради своего будущего. НКО обязаны научиться вкладывать средства и силы в своих сотрудников и волонтеров. Это, кстати, дает возможность опытным реализовать себя, решая новую масштабную системную задачу.
Потихоньку дело уже идет. Есть и школа технологий НКО, и школа волонтерства. Конечно, пока эти школы – разговор в стиле «а мы научились тому-то», «мы достигли хороших результатов», «мы знаем хороших специалистов», «делай, как я». Но в ближайшем будущем вполне реальными могут стать ресурсный, методический и волонтерский центр НКО.
Кстати, вполне возможно и даже ожидаемо появление профессиональной службы психологической поддержки, а также психологических групп, состоящих из НКО-шников, ибо у работников благотворительных сообществ достаточно общие специфические проблемы, и они могут решаться по наработанным во всем мире формам психологической помощи. Опыт нашего волонтерского движения показал плодотворность и востребованность такой работы.